История

Декабрь 1915-го: Сдача населением оружия, годного для употребления в армии…

О чем писали владимирские газеты 100 лет назад

В это воскресенье мы пролистаем газеты вековой давности и узнаем, чем жили жители Владимира в далеком 1915 году…

Приказ Владимирского Губернатора, опубликован в газете «Владимирские губернские ведомости» 11 декабря 1915 года.

Около 6 часов вечера 15 минувшего ноября, во время сильной бури, губернский секретарь Медведев получил по телефону из Ставровской земской больницы сообщение, что со стороны д.Добрынина, расположенной в 3 верстах от с.Ставрова, слышны крики о помощи.

Пристав Медведев, вызвав урядника Каткова со стражниками Михайловым, Цветковым и Сподобец и пригласив крестьянина села Ставрова Семенина, отправился с ними на поиски погибающих.

После долгих поисков, с большим трудом, с опасностью для своей жизни, борясь с сильными приступами урагана, приставу Медведеву, вместе со своими помощниками, удалось отыскать в болоте, находящемся в стороне от дороги, пролегающей от села Ставрова в д.Добрынино, три лошади и около них уже замерзающих крестьян названной деревни: Николая Герасимова, Ивана Дорохина и Григория Шандова со слабыми признаками жизни и отчаявшихся в своем спасении.

Ценю такой поступок пристава Медведева, честно исполнившего долг своей службы, и объявляю ему свою искреннюю и сердечную благодарность. Равным образом объявляю искреннюю благодарность Каткову, Михайлову, Цветкову и Сподобец и крестьянину Семенову за их бескорыстную и достойную похвалы помощь и содействие местному начальнику полиции в человеколюбивом деле спасения погибающих.

Объявляя о сем в приказе, я ставлю это исполнение служебного долга, как достойный пример подражания, для подведомственных мне чинов полиции.

Подписал: Владимирский Губернатор, Двора Его Императорского Величества Камергер Крейтон.


«О сдаче населением оружия», статья в газете «Владимирские губернские ведомости», опубликована 11 декабря 1915 года.

Министерством внутренних дел разосланы всем губернаторам особые правила, подлежащие немедленному распубликованию, относительно сдачи населением всего оружия военного образца, годного в настоящее время для употребления в нашей армии.

На основании этих правил подлежит сдаче следующего рода оружие: 1). винтовки: русская трехлинейная образца 1891 года пехотная, драгунская и казачья; японская — образца 1897 и 1905 года, системы Арисака; австрийская образца 1886 и 1895 годов, системы Манлихера; германская образца 1888 и 1898 годов системы Маузера; турецкая — образца 1895 года системы Маузера. 2). Карабины: трехлинейный — образца 1908 года, японский — образца 1905 года системы Арисака, австрийский 1895 года Манлихера и германский и турецкий образца 1895 года системы Маузер.

Перечисленные виды оружия должны быть сданы частными лицами добровольно, лицами же, состоящими на государственной службе как на военной, так и на гражданской, обязательно. Лица, хранившие указанные образцы для коллекционирования, по этим правилам Министерства, сохраняют за собой право получить по окончании войны соответствующий образец оружия и в том же числе; сдающее оружие лицо при самой сдаче должно заявить о желании получить его обратно, причем в этом должна быть выдана особая квитанция. При самой приемке оружие, признанное годным, подлежит оплате по нижеследующей обязательной расценке: винтовка без штыка или карабин русского образца — 20 рублей, иностранного образца 15 рублей, штыки отдельно — русского и иностранного образца (нож) по 2 рубля.

Уплата денег за оружие производится лицами, которые принимают оружие от населения.


«Еще о беженцах Владимирской губернии», статья в газете «Владимирские губернские ведомости», опубликована 25 декабря 1915 года.

За ноябрь месяц число поселившихся во Владимирской губернии беженцев увеличилось на 2500 человек, всего на 1 декабря по сведениям, поступившим в губернский комитет, в губернии значится 22090 беженцев, из них 7011 чел. или 32% всего количества поселилось в городах, причем во Владимире 2054 ч. и 15079 человек или 68% в селах и деревнях (…)

Главная волна беженцев шла по Нижегородской жел. дор., и главная масса беженцев поселилась в уездах, которые обслуживаются этой железной дорогой и Муромской ее веткой. По Северным железным дорогам и их веткам волна двигавшихся беженцев была меньше или главный поток этой волны прошел в северные губернии, поэтому уезды Владимирской губернии по этой дороге менее заселены беженцами, а уезды и части уездов, отстоящие в стороне от железных дорог или обслуживающиеся только ветками, совершенно почти не захвачены этим движением.

Такое неравномерное расселение беженцев должно сильно отозваться на многих сторонах местного уклада жизни: так цены на продукты в разных местах губернии поднялись, поднялись также цены на квартиры, дрова и т.п.

Такое пестрое разделение можно было бы признать и с тем мириться, если бы эти беженцы поселились на непродолжительное время, но, к сожалению, определить, когда эта волна двинется назад и как она двинется, не только трудно, но даже с некоторой вероятностью можем сказать, что поселившимся в губернии беженцам придется пробыть во Владимирской губернии не мало времени и после изгнания врага из их родных мест, а некоторых судьба заставит и вовсе осесть на новых землях, так как все их имущество, вся работа их и их предков над созданием культурного клочка земли уничтожены; мало этого, и сама почва там повернута так, как не сделает никакой гигантский плуг: нижние пласты земли легли сверху, а верхние ушли вниз. Сколько нужно сил и средств, чтобы наладить прежнюю жизнь и прежнее хозяйство! Этих сил не у всех хватит и не все решатся приняться за восстановление прежнего, а предпочтут жить на других, новых местах. Об этом и нужно подумать местным силам и эта задача встанет скоро на очередь для земств.

Back to top button