Интервью

Михаил Блинов: «Рогатка – всего лишь атрибут, в те годы все ходили с рогатками»

Создавший бронзового сорванца скульптор рассказал о себе и своем творчестве

Наверняка, многие владимирцы уже успели сделать селфи с озорным мальчишкой, сидящим на лавочке недалеко от Золотых ворот. Но нашлись и противники скульптурного произведения. Некоторые горожане возмущены тем, что в руках шалун держит рогатку, а не книгу, например.

ПроВладимир решил узнать историю создания бронзового сорванца из первых уст и встретился со скульптором Михаилом Блиновым. Именно он по заказу хозяина кафе и изготовил ставшего популярным мальчугана.

— Михаил, откуда появился ваш интерес к скульптуре?

— Все просто: мой дедушка – художник, отец – художник. И я по стопам пошел. Первая моя серьезная работа была связана с росписью церквей и храмов. А потом, со второго курса, у нас началась скульптура, преподавал ее Юрий Григорьевич Колов. К сожалению, сейчас его с нами уже нет. Он-то и привил мне любовь к скульптуре. когда пригласил меня работать к себе в мастерскую.

— Помимо скульптуры, что-нибудь еще увлекает?

— Что касается работы, у меня много заказов, например, роспись интерьеров. Приглашают и на реставрацию церквей. Просто не всему получается уделить время. Но мне по душе заниматься скульптурой. Потому что у нас это не так сильно развито – художников много, а вот скульпторов – не особо.

Михаил Блинов: «Рогатка – всего лишь атрибут, в те годы все ходили с рогатками»Фото из личного архива

— Хочется работать именно во Владимире?

— Я по разным городам езжу. Объекты же не только во Владимире есть. По правде говоря, заказы у нас бывают не так часто. В основном, это Москва, Нижний Новгород, Санкт-Петербург.

— Недавно вы изготовили на заказ известного теперь уже на весь Владимир мальчика на скамейке. Расскажите об этом поподробнее.

— Заказчик сказал, что это должен быть мальчуган-шалун. Прототипом стал реально существовавший ребенок, который теперь изображен на логотипе компании и является ее лицом. Мальчик при жизни был племянником Франки Фэпа. После эмиграции в Америку семья открыла итальянскую пиццерию. Заказчик хотел, чтобы скульптура получилась веселой, чтобы прохожим захотелось присесть рядом. А рогатка – всего лишь атрибут, в те годы все ходили с рогатками. Сейчас же открыли голосование по этому поводу. Некоторые хотели ему в руки книгу положить, но это же неправда, в таком возрасте все бегают, веселятся, а не сидят спокойно на одном месте. Так, если подумать, то у многих памятников часто оружие имеется. Давайте теперь у всех поотрываем мечи и пистолеты.

— Возмущение официальное от администрации в вашу сторону было?

— В мою вообще никаких претензий не было. Наверное, просто в СМИ это раздули. Мне бы позвонил сам заказчик, попросил что-то исправить. Но этого не было, все проходило спокойно.

— А почему такая шумиха возникла именно вокруг вашей скульптуры? У вас есть предположения?

— Это может быть конкуренция. Но это лишь домыслы, я думаю, что нет смысла их обсуждать.

— Долго по времени делали мальчика?

— С литьем около месяца ушло. Слепил я его за неделю, может, чуть побольше. С лицом были кое-какие нюансы – заказчик просил внести некоторые изменения, я это сделал.

— Какой материал использовали в работе?

— Современные технологии, полиэфирные материалы. Они довольно-таки прочные. Из них даже памятники делают. Плюс они намного дешевле, чем бронза.

— Срок годности вообще дается на такие скульптуры от мастера?

— Ну здесь не от мастера, скорее, а от производителя компонентов. На примере своих последних работ могу сказать, что прошло уже лет десять, и все стоит, никаких проблем. Материал не впитывает влагу. А значит, никаких разрушений с ним не может происходить. Ну и плюс там внутри арматура. Даже если что-то отвалится или вандал попытается отломать руку, то это будет сложно сделать.

Михаил Блинов: «Рогатка – всего лишь атрибут, в те годы все ходили с рогатками»Фото — Евгений Покрышкин

— Было когда-нибудь желание сделать скульптуру по собственному замыслу, минуя этап заказчиков?

— Очень много раз. Но все упиралось в разрешения. Если бы все утрясалось, то в моем исполнении стояло уже скульптур шесть или семь. Помню, был конкурс на благоустройство парка Пушкина в центре. Я готовил эскизы, хотел сделать сюжеты из сказок. Но потом все утихло, и дело отложили в долгий ящик.

— Как вы считаете, Владимир — красивый город?

— Нет предела совершенству. Красивый, но много чего не хватает. Например, любых арт-объектов. Я месяца три назад приехал из Чикаго. Там мне понравился объект под названием «Облачные врата». Это был хромированный шар, по форме похожий на фасоль. Можно еще нарисовать красивое граффити на заброшенных стенах. Но на это разрешение нужно, поэтому пусть она лучше остается страшной и глаз напрягает.

— Получается, за границей с искусством дела обстоят проще?

— Там это ценят больше. Стараются больше развивать. Хотя у нас тоже стараются. Но, может быть, кризис сказывается. Обычные масляные краски стоят 500 рублей за тюбик. Дороговато получается творчеством заниматься. И тут думаешь — купить себе хлеба с молоком или тюбик с краской. Раньше было проще. Мне отец рассказывал, что люди, которые вступали в Союз художников, получали бесплатно материалы и ни о чем вообще не думали, могли посвящать свою жизнь творчеству. А сейчас сложно совмещать. Доход же не с чего получать. Конечно, известные художники хорошо зарабатывают. Но их единицы.

Михаил Блинов: «Рогатка – всего лишь атрибут, в те годы все ходили с рогатками»Фото — личный архив

— А сколько ваших однокурсников уехали в Москву или за границу?

— Я вам скажу по секрету, что из выпуска худграфа в шестьдесят человек дай Бог человек десять продолжают заниматься творчеством. Многие в Союз художников вступили и здесь, и в Москве. Двигаются, стараются, но, помимо творчества, еще и работают на обычных работах.

— Вы сейчас над чем-нибудь работаете?

— Готовлю один проект в поддержку владимирских художников. Но я пока не буду все карты раскрывать. Скажу только, что будет еще одна выставка. Работы предстоит много, начала ждать не раньше, чем через полгода.

Back to top button